Группа 25/17: «Нас часто обвиняют в высокомерности, но это не так»

Коллектив 25/17 вовсю штурмует крупнейшие российские фестивальные рок-площадки. Накануне 14-го ежегодного фестиваля «Окна Открой!» в Санкт-Петербурге, где группа выступила одним из хэдлайнеров, корреспонденты RockTimes.ru встретились с музыкантами и не могли не расспросить их о первых впечатлениях от фестивального лета.

Постоянные слушатели 25/17, которые не пропускают ни одного интервью, привыкли читать мнения фронтменов — Андрея Позднухова и Антона Завьялова.

В этот раз предлагаем вам познакомиться поближе с остальными участниками группы: Богданом Солодовником, Тарасом Андреевым,  Рустамом Мунасиповым и Максимом Соколовым. Именно с ними мы поговорили об уровне организации рок-фестивалей, обсудили отношения внутри коллектива, критику и заблуждения о 25/17  и кое-что ещё.

- Ребят, для начала представьте нам, пожалуйста, вашего нового гитариста.

Богдан: Максим Соколов из города Екатеринбург.

- А почему именно он?

Богдан: Почему именно Максим подошёл? Потому что другие не подошли, потому что другие не справились с материалом.

- Максим уже адаптирован в коллективе? Проходит ли какая-то специальная адаптация?

Богдан: Проходит, но он не знает об этом (смеются). Адаптируется, конечно, но коллектив у нас сложный. Это же не просто музыканты-сессионщики, — набрали и хочешь — работаешь,  не хочешь — не работаешь,  не работаешь — пошёл вон. У нас не так. У нас человек действительно должен адаптироваться, потому что у всех характер, у всех он разный. И условия работы разные бывают. Вот сейчас фестивали катаем, и это, мягко говоря, не лучшие условия для адаптации нового музыканта. Но вроде нормально всё, держится.

Максим: Я изначально шёл в эту команду, чтобы работать. У меня подход к делу достаточно основательный, и я очень рад, что наблюдаю в команде такой же подход.

- Парни, а расскажите, как сами попали в коллектив.

Богдан: Это надо с Тараса начинать.

Тарас: С парнями познакомился в Иркутске осенью 2011 года на съёмках клипа на песню «Жду чуда». Мне позвонил друг, сказал, что приезжают ребята из Москвы группа 25/17, ищут музыкантов для съёмки клипа. Я согласился. Мы приехали, привезли аппаратуру. После съёмок немного пообщались, обменялись номерами телефонов. Но созвонились мы уже только через год: парни сказали, что они формируют живой состав и находятся в поисках барабанщика. Я подумал, а почему бы мне не приехать?  Назначили прослушивание, приехал, прошёл, и в этот же вечер Антон сказал: «Ты с нами». Я вернулся в Иркутск, доделал все свои дела и уже с концами переехал в Москву, это было летом 2012 го года.

Богдан: А я басиста подсидел.

Тарас: Да, когда я пришёл, был другой человек (смеются).

Богдан: Я вообще коллектив не знал, у меня на тот момент друг играл в группе — Паша Черногородов. И я просто поинтересовался, чем он занимается. Катался в Измайлово на велике, скачал альбом, послушал, позвонил ему, говорю: «Я должен у вас играть». Пришёл на прослушивание, и ребята меня взяли. Правда, пришлось несколько ночей не поспать, чтобы весь материал прогнать…

Тарас: Да, очень мало времени у Богдана было на разбор материала. Две недели и концерты.

Богдан: Но оно того стоило.

Рустам: А у меня забавная история…

Богдан: Хочешь, я за тебя расскажу? Рустама очень давно знаю, он ещё в школе учился. Он самый младший участник коллектива, гораздо младше всех нас. Я с ним ещё в Екатеринбурге познакомился, когда они бегали к нам в студию, писали свою страшную музыку.

(Рустам смеётся)

Но я его тогда ещё запомнил как хорошего гитариста, подающего надежды. Когда начали писать «Русский Подорожник», появилась проблема, что у нас нет гитариста, который может это всё «вывезти». Я написал Рустаму, он дистанционно с нами поработал, и я ему в шутку предложил: «Может, пора в Москву уже переехать, в основной состав?» А он такой: «Нет-нет, у меня тут семья, работа, театр…» Но, видимо, хорошо подумал и переехал в июне, год назад. Мы лето порепетировали и…

- …и в сентябре уже видели Рустама в Лужниках.

Богдан: Да, кстати, это было его боевое крещение, и он справился с задачей. Повторюсь, у нас не сессионные музыканты, которые сыграли пять треков, и все такие: «Ну нормально, сориентируешься». Если видно, что человек психологически не в материале, и ему не нравится,  - он не приживается. Смысл нам с ним энергетикой делиться на сцене? Нам, извиняюсь, иногда больше времени приходится проводить друг с другом, чем с жёнами и семьями своими.

- Значит, абсолютный контрактник не годится?

Богдан: Нет, он не приживётся и сам вылетит. Вот, например, сейчас у нас было прослушивание. Максима я тоже знаю как музыканта давно, и были с ним знакомы немножко.  Когда встал вопрос о гитаристе, он отписался Рустаму, и я подумал:  подозрительно это как бы, что музыкант такого уровня… Ребята мне делегировали задачу,  мол,  пообщайся,  прощупай ситуацию.  Мы встретились с Максимом в Екатеринбурге, пообщались. Но ему всё равно пришлось ехать на прослушивание наравне со всеми. Макс подошёл — всё отлично. Буквально за несколько дней подняли всю программу.

Максим: Я просто бросил всё в Екатеринбурге и уехал. Хотя у меня там, в общем-то, всё хорошо было: я популярный преподаватель в Екате. Был. Сейчас начну вести эту деятельность в Москве. Решил, что Екатеринбург остаётся где-то там, в прошлом, и что нужно двигаться дальше.

- Рустам, то, что Богдан сказал, — это правда, или тебе есть что добавить?

Рустам: В общем-то, всё так оно и было. Ну, разве что, я не говорил, что у меня там театр…(смеётся), я сразу согласился.

Богдан: Не то чтобы ты сразу согласился, в начале всё равно сомнения были. Это, всё-таки, серьёзный шаг, когда тебе 23 года, ты чего-то добился уже на музыкальном поприще и думаешь, что можно теперь двигаться дальше в театральной среде. А тут вдруг тебе предлагают переехать какие-то мужики страшные. Кошмар.

Тарас: Я, если честно,  долго не думал. Хоть у  меня и была гарантия всего три концерта с живым составом, так как это всё только вводилось в группу, но я всё же рискнул.

- А как менялось ваше отношение друг к другу на протяжении всего творческого знакомства?

Богдан: Оно и сейчас меняется, все притираются друг к другу. Сначала было дистанционное общение, такое «это мой мир»… я  же говорю, характеры у всех сложные, у всех свои тараканы в голове. И всякое бывает, как в любом коллективе. Но обстановка у нас хорошая. Знаю очень много музыкантов, которые работают в коллективах, и они с достаточной завистью относятся к таким отношениям. Потому что, чего греха таить, музыканты — люди психически неуравновешенные. Вообще все.

- Вопрос посерьёзнее: по-вашему, какое самое большое заблуждение людей насчёт группы 25/17?

Богдан: Очень часто обвиняют в некоей высокомерности. Это касается и  поклонников, и технических моментов.

Тарас: Мне кажется, особенно — насчёт технических моментов.

Богдан: Да, мы как дети продолжаем возмущаться, что люди не хотят работать. То есть, вы нам позвонили, мы к вам не навязывались, вы райдер подписали, со всем согласились.  Мы приезжаем, — ничего не готово. И люди выходят, вальяжные такие: «Ну чё там, вот те поиграли и хорошо, -  им всё понравилось». Ну и после таких случаев начинают ходить слухи: «вот они зажравшиеся, на лендкрузерах своих ездят…». Метро теперь лендкрузером называется, — замечательно.

Просто мы делаем свою работу, и люди тоже должны делать свою работу. Мне вот ребят (имеет в виду Андрея и Антона) всегда жалко, потому что им приходится всё это слушать, вывозить. Пора интернета же настала, — за свои слова никто не отвечает, — можно говорить, что хочешь, безнаказанно.  Я вырос в небольшом городе, — там попробуй ляпни что-нибудь не то.

У нас и стена ВКонтакте вот закрыта сейчас, потому что Андрею Александровичу это просто вот здесь уже где-то. Потому что люди вообще не думают, что говорят. И отсюда вот это заблуждение про высокомерие. Но это не так.

- Это задевает вас, да?

Богдан: Конечно, задевает, — я живой человек. И вообще не люблю, когда неправду говорят, откровенную глупость и неправду. Повторяю, мы не так воспитаны. По поводу заблуждений это сугубо лично моё мнение, может, у ребят другое.

Тарас: Я согласен с Богданом.

Рустам: А мне кажется, большое заблуждение, что 25/17 — это рэп (в группе молчание, мы смеёмся).

Да я шучу (смеются все).

- У вас есть какие-то свои, сторонние музыкальные проекты?

Рустам: Да, у нас с Богданом сейчас есть.

Богдан: Почему с Богданом? А Тарас там как бы — как? Вот ведь эгоист. Есть у нас  одна проблема большая: у нас Рустам — эгоист (смеются).

Это шутка.

Да, у нас есть проект, и он ближе, наверное, к фьюжну. Лёгкий поп-фьюжн с элементами фанка и прогрессива всякого. Такой, достаточно международный проект. Сейчас сводим альбом. Он англоязычный, идейный вдохновитель и лидер проекта Ваня Коваленко живёт в Берлине. Он у нас, кстати, участвовал в «Русском Подорожнике» — на клавишах в одном треке и аранжировки для некоторых струнных писал.

Тогда была сделана такая интересная вещь: мы записали струнный квартет — вариацию на «Горький туман» (композиция с альбома «Русский Подорожник»). Во втором тизере был всего полутораминутный отрывок оттуда, а сама вещь длится семь минут. Партитуру полностью написал Ваня.  Может, когда-нибудь и выйдет эта вещь. В общем, собираемся в октябре выпустить альбом с этим проектом.

Максим: А у меня, так как я все побросал в Екате, своих проектов нет.

Богдан: Я за него скажу: у него там куча международных конкурсов всяких выиграна.

Максим: Ну нет, международный конкурс у меня всего один.

Богдан: Это куча, чё ты!  В интернете же нет места правде. Надо говорить, куча, а там уж как…

Максим: Я выиграл много локальных российских интернет-конкурсов, и одна действительно крупная регалия у меня есть:  в 2012 году взял первое место в международном конкурсе гитаристов среди 2000 человек. А появление сайд-проектов — вопрос времени, потому что хочется разной музыкой заниматься.

- У вас впереди целая серия рок-фестивалей.  Для вас это новый опыт, поделитесь впечатлениями.

Богдан: С точки зрения публики – замечательно. Но с точки зрения подготовительного процесса, организации, зачастую – отвратительно.  Пусть в меня камнями кидают, но не умеют у нас проводить такие мероприятия.  Дисциплина, райдеры – отвратительно. Мы, конечно, прорвёмся, но упомянуть об этом стоит. Потому что ситуация бы в корне поменялась, если бы все музыканты радели за это. Но здесь отношение другое: «ладно, отыграем как-нибудь, это же рок». Но рок не в том заключается … профессионализм должен присутствовать во всём. И с этой стороны, и со стороны принимающей. Отсюда все проблемы. А зрители обвиняют группу в задержке, в накладках. Им же не будешь выходить и это всё объяснять.

А по самим фестивалям, в момент, когда ты вышел уже на сцену, – это замечательно, это круто, это очень здорово. Потому что это всегда разношёрстная публика, перед которой интересно выступать.

Рустам: У меня впечатления примерно такие же.  Что тут сказать, когда мы приходим, а люди в глаза не видели наш райдер? А потом следующая группа спрашивает: «почему так долго?»  И это всё начинает накладывать какой-то негатив.

Богдан: Когда каждый занят своим делом на площадке, всё гармонично. А когда персонал занимается непонятно чем, оправдываясь тем, что у них еще 30 групп… Извините, ребята, но это ваша работа. Вечная проблема на самом деле. Публика ни при чём, никогда ни при чём, публика не должна страдать ни в коем случае.  И мы  всегда очень переживаем, когда задержки какие-то по техническим причинам. Не потому, что нас обвиняют, а потому что они стоят, ждут. Мы же тоже посещаем концерты, тоже, бывает, в очередях стоим, знаем, каково это.

- Правильно ли оставаться верным традициям или нужно всё время двигаться вперёд? Ведь 25/17 долгое время считались рэп-коллективом. А затем – живой звук, концертный состав, личный состав…

Богдан: Наверное, привлекательность творчества заключается именно в этом симбиозе: когда остаётся часть традиционного, но вносится что-то новое, какие-то сюрпризы. Когда в 2012 году собрался живой состав, мы видели, как меняется публика. За три года она кардинально поменялась. Приходят, например, взрослые, те, кому за пятьдесят. А это не те люди, которые случайно попадают на концерты.

Рост, общение, тексты, — мы же не просто матрёшки, которые не слышат, о чём ребята пишут, мы же всё это обсуждаем постоянно, проникаемся. Нельзя не развиваться, иначе можно прийти в тупик. И я считаю, всё делается правильно.

- Какая музыка играет в вашем персональном аду?

Богдан: Я тишину терпеть не могу.

Максим: Это ведь вопрос про плохую музыку? Думаю, некорректно называть каких-либо исполнителей.

Богдан: Просто мы уже все взрослые люди, понимаем, что это как с  телевизором: не нравится – не слушай, и всё будет хорошо.

- А какие альбомы можете назвать альбомами на все времена?

Богдан:  KingCrimson — «Red», Nirvana — «Nevermind»,  любой альбом TheRollingStones эпохи шестидесятых, любой альбом TheBeatles, «Thriller» Майкла Джексона.

Рустам: Metallica 1991 года.

Максим: Конечно, эта волна музыки повлияла, — не буду называть какие-то имена, альбомы, о них уже достаточно сказано. На данный момент слушаю больше современную музыку, в совершенно разных стилях, там тоже есть классные альбомы.

Тарас: Аналогично.

- Теперь ждём от Вас спойлеров.  Когда нам ждать новый альбом от 25/17?

Богдан: Спойлеров, пожалуй, не будет.

- Вы работаете над материалом?

Богдан: Мы постоянно что-то делаем. После того, как откатали 2012-ый год, мы начали принимать участие в студийной работе. За три года не было и недели, чтобы что-то не происходило, чтобы что-то не писалось. Очень многое же уходит в ящик, то есть, пишется трек, и принимается решение, что откладывается до поры до времени.

- С гастролей есть что вспомнить?

Богдан: У нас любимая  история – про город Тюмень с Белым котом, — это было правда смешно. А вообще, мы не скандалисты, то есть, нет никогда ни ругани, ничего такого. Во-первых, мы — непьющий коллектив, поэтому историй с разгромом гостиничных номеров, пьяными драками, выходками – их просто нет, и не может быть. Я очень рад, что мы такая группа. Когда в коллективе начинается пьянство, – ничего хорошего не бывает, вообще ничего. Принято считать, что это рок-н-ролл. Да, но надо быть, как минимум, группой Pantera, чтобы выпивать шесть литров виски и выходить, делать как надо. И во-вторых, у нас нет этих историй, потому что мы приезжаем на площадку к двенадцати дня и уезжаем к одиннадцати ночи.

- Назовите, пожалуйста, по одной песне 25/17, которая вам нравится больше всего.

Тарас: «Жду чуда» — с этой песни у меня всё началось.

Богдан: Я люблю «В городе, где нет метро».

Рустам: Я две назову. Мне прям безумно нравится: «Горький туман». Ну и «Девятибально», – это та песня, с которой у меня всё началось.

Максим: Пожалуй, «Облако». Я очень проникся стилем, текстом.

Интервью подготовили: Ринат Тукумбетов,
Ульяна Варламова
Фото — Антон Дворовкин ©

Выражаем благодарность менеджменту группы 25/17 в лице Александры Королёвой за содействие в организации интервью.

Бонус:

Немного картинок от нашего фотографа  с бекстейджа и выступления группы на фестивале «Окна Открой!»:

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Автор: Ульяна Варламова Смотреть все записи автора
Вы также можете Войти на сайт и оставить коментарий с вашего аккаунта соцсетей

1 комментарий в "Группа 25/17: «Нас часто обвиняют в высокомерности, но это не так»"

  1. Алексей Канарейкин 09.07.2015 в 23:27 - ответить

    Иезекииль 25-17. Слушаю их музыку очень давно, с самого рождения группы. Даже раньше когда Андрей был в группе «РТУТЬ» , а Антон в «Отрицательное влияние»(хорошие были времена).
    ОЧЕНЬ ПРИЯТНО СМОТРЕТЬ КАК ОНИ ДВИГАЮТСЯ ВСЁ ВЫШЕ И ВЫШЕ.
    Я вырос на их музыке, она меняет человека в лучшую сторону, заставляет задуматься каждого.
    Спасибо Вам 25/17 за Ваше творчество.
    Жду новых альбомов.

Оставить комментарий