Андрей Бледный: «В «иконостас» все равно уже не втиснуться. И не надо. Зачем?»

Андрей Бледный из группы 25/17 — пожалуй, самой заметной формации на стыке рэпа и рока на сегодняшний день — о закулисье и аферистах, симпатиях и антипатиях.

___________________________________________________________________________

В прошлом году мы общались до ряда рок-фестивалей, куда пригласили 25/17. Поделишься впечатлениями? Что там увидел?

Не хочу, чтобы сложилось мнение, что я пренебрежительно отношусь к русскому року, просто то, что я увидел — как будто последних двадцати лет и не было. Ни в музыке, ни в культуре. Люди находятся в своём 96-м году. Но есть слушатели, слушателям нравится. Ну и здорово.

А за кулисами фестивалей к вам подходят те, кто заявлен на афишах? Знакомятся?

А зачем с нами знакомиться? Думаю, что нас там не особо любят. Они пили свою водку, сочиняли свои песни годами, добивались чего-то. А тут пришли какие-то люди со стороны, водку с ними не пьют, вместе с ними выступают. Мы же аферисты. Авантюристы. Мы ни рэперы, ни рокеры. Ни там, ни здесь. Мы на своей волне.

А с теми, с кем мы хотели познакомиться, кто с нами хотел познакомиться, мы давно общаемся, дружим, в гости друг к другу ходим.

В паблике «Нашего радио» давненько не было гневных комментариев, пока в «Чартовой дюжине» не появились 25/17.

Говнари, поросшие мхом, и люди, родившиеся после выхода фильма «Брат», рубятся в контосе за русский рок, который им ставят на радио. В контосе. Где ты сам можешь составлять плейлисты и слушать всё, что ты хочешь. Я это не могу серьёзно воспринимать. Зубоскалим по-доброму.

Давно хотел озвучить: о Ревякине, Кинчеве ты говоришь спокойно, без трепета. Или трепет остался?

Они очень крутые дядьки. Вот в школе слушал их песни, — и вот мы с ними общаемся, записываемся. Есть чему поучиться. С ними интересно работать.

25/17 и с Олегом Гаркушей на короткой ноге. Видел фотографии, где ты, Антон, Рустам в «Доме надежды на горе».

Олег рассказал нам про «Дом надежды на горе», где люди проходят реабилитацию. Поехали, пообщались, спели пару песен в формате Окуджавы, под акустическую гитару. Я сам был на месте этих людей, мне есть, что им сказать. Надежда есть, Бог есть, и есть другая жизнь, без зависимости.

Рискну предположить, что у 25/17 в планах ещё не одна необычная «совместка».

Они как-то сами собой получаются. Мы давно уже не планируем. Думаю, что с Александром Скляром что-нибудь запишем. У нас есть взаимная симпатия, творческая.

Что могу выпытать о готовящемся альбоме 25/17?

Есть общая концепция, сюжет, тексты, наброски, демки. Мы его начинали, потом что-то отвлекало, мы к нему возвращались, но тут гастроли… Надеюсь, запишем в этом году.

Андрей, а ЛЁД 9 собирается возвращаться?

Люди пишут, люди просят — в этом году будет один концерт в Москве. В декабре.

В современном русском роке есть те, кто тебя приятно удивили? Возможно ли такое?

Мне понравилась группа Аффинаж. Талантливо, самобытно звучит альбом «Русские песни». Что-то из песен Бранимира слушаю. Если говорить о русскоязычном роке. Мне понравился новый альбом Александра Ф. Скляра. Не весь альбом, конечно. Что-то больше понравилось, что-то меньше. И новый альбом АукцЫона — четвёртый день слушаю.

Вообще музыка больше впечатляет в юности. Когда ты сам причастен, знаешь, как это всё сочиняется, всю кухню, для тебя эта магия теряется. В то же время тем, наверное, и ценнее тот материал, который сегодня запомнился, произвёл впечатление.

Есть интересные группы, которые делают вид, что живут в другой стране. Они поют на английском, стараются максимально походить на зарубежные группы, которыми они вдохновляются, на кого ровняются, кому подражают. О таких исполнителях пишет условная «Афиша», называя их «лучшими артистами года», «группами десятилетия». Но мало кто про этих артистов знает. Выступают «лучшие» на маленьких площадках, долгожительством не отличаются. «Лучший альбом десятилетия, по мнению меня, моего друга Эдуарда и моего брадобрея. У нас в фалафельной все его слушают». Конец истории.

Ещё есть исполнители, которые продолжают делать то, что делали отцы русского рока в прошлые десятилетия. Но только хуже. В «иконостас» всё равно уже не втиснуться. Там, где Кинчев, Бутусов, Ревякин, Шевчук, Сукачев, Скляр и другие… Это те лица, которые приходят на ум при фразе «русский рок». Туда уже не втиснуться. И не надо. Зачем? Но люди пытаются, на полном серьёзе. Пытаются добывать уголь в шахте, где нет угля. И вот они берут эту угольную пыль, мажут ей лицо и делают вид, что они шахтёры. Но угля-то стране не дают.

Не могу не спросить напоследок: как тебе высказывание Лозы?

В моём мире нет Лозы, и Евровидения тоже нет. Очень много событий проходит мимо меня. Неинтересно. Нет времени анализировать, формулировать своё мнение по этим поводам. Мне всё равно. Никак. Как если ты меня спросишь, как я отношусь к тому, что в автомастерской на окраине Тюмени потерялся подшипник. Вот примерно так.

___________________________________________________________________________

Интервью — Ринат Тукумбетов

Фото — Виталий Кривцов, Антон Дворовкин ©

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Автор: Ринат Тукумбетов Смотреть все записи автора
Вы также можете Войти на сайт и оставить коментарий с вашего аккаунта соцсетей

Оставить комментарий